***

Share the joy
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
В детстве мы все умели летать. Я же умела, тоже. «Ну-ка немедленно перестать, этого быть не может!» — взрослые говорили мне. Я ковыряла стенки. Крылья, шуршащие на спине, гладили по коленке.

Я знала, что крылья у взрослых есть. Только они — прячут. С ними ведь толком ни лечь, ни сесть, сложно ходить, значит, проще их под машинку стричь.
«Смотрите, у вас на ушке… Перышко? О, я прошу простить… Наверное, из подушки»!
А если кто-то и полетит — сложно парить вместе, спереди будет воздушный щит, сбоку крыло крестит, и турбуленция позади. Легонький, как листочек. Крылья и правила высоты делают одиночек.

Но я не сдалась, — и я летала: с чайками над заливом, с французскими летчиками до скал, с драконом одним игривым, с крылатыми кошками на заре… И даже одной ракетой. Видела, как она на земле стала лучом света. Летала-летала, и однажды, вдруг, проснувшись не очень рано, нашла изогнутый белый лук, висящий на сгибе крана. А рядом, в ванной, огромный меч. И нимб. И ключи на связке. Я — должна все это уберечь? Я сказка? А что в развязке?

Сижу на крыше у голубей. Пью кофе из автомата. Небо над городом голубей, а облака — вата.
От нимба пафосно прикурю. Это Ключи от Рая. А Меч — Возмездия. Я горю, ярко — но не сгораю.

Господи… Я не вижу пути. Причем и назад — тоже. Что мне делать, куда идти, Ты еще там, Боже?
Просто хотела, ну… «не как они», я же уже выжата… Слышишь? Направь меня. Подмигни.

Но, кажется, Он не слышит.